Инклюзивный туризм в России перестает быть темой «про социальную миссию» и все чаще воспринимается как полноценный рынок. Людей, которым нужны доступные маршруты, отели, транспорт и понятная информация, много. Но между потенциальным спросом и реальными поездками пока остается большой разрыв.
Почему бизнесу стоит перестать бояться инклюзии, где уже есть работающие практики и какие барьеры до сих пор мешают людям с инвалидностью путешествовать по России, обсуждали на сессии «Инклюзивный туризм: государственные инициативы и лучшие практики регионов и бизнеса» в рамках форума «Путешествуй!». Модератором выступила исполнительный директор АТОР Майя Ломидзе.
Бизнес увидел рынок, который долго игнорировали
Одну из успешных практик по развитию инклюзивного туризма привела Калининградская область. Министр культуры и туризма региона Андрей Ермак признал, что в области изначально подошли к теме не как к социальной задаче.
«Мы никогда не воспринимали работу с людьми с инвалидностью как социальную функцию. Мы просто посчитали и увидели, что это огромный рынок, в котором почему-то не участвуем», – отметил он.
По словам г-на Ермака, одним из самых устойчивых мифов остается представление о высокой стоимости адаптации туристической инфраструктуры. Он привел пример владельца гостиницы, который был уверен, что для приема гостей на колясках ему придется перестраивать лифтовую шахту советского здания. Решение оказалось гораздо проще – оборудовать доступные номера на первом этаже.
Аргументы в пользу экономики инклюзии привела и заместитель руководителя Роскачества Юлия Михалева.
«Представители бизнеса, перестаньте сомневаться – это выгодно. Мы посмотрели, как меняется доходность в ритейле после адаптации инфраструктуры под инклюзию. Она выросла на 7,9% за несколько лет», – подчеркнула она.
При этом г-жа Михалева напомнила об эффекте так называемого «ближнего круга»: вместе с туристом путешествуют родственники, друзья или сопровождающие, что дополнительно расширяет аудиторию.
«Инклюзия – это не история про жалость, галочку в отчете по коллективной социальной ответственности. Это благородная история с экономической выгодой для бизнеса в том числе», – добавила она.
Доступным должен быть не один отель, а весь маршрут
Но даже адаптированный отель сам по себе еще не делает поездку комфортной. Участники дискуссии подчеркивали: инклюзивный туризм невозможно развивать точечно.
«Это должна быть комплексная история – от самолета и аэропорта до возвращения домой. Доступными должны быть транспорт, объекты показа, экскурсии и активности», – отметил Андрей Ермак.
В качестве примера он привел национальный туристический маршрут «Путешествие мечты» в Калининградской области. Там для туристов с ограничениями по здоровью предусмотрены даже погружения с аквалангом.
Однако транспорт остается одним из самых слабых мест. По словам Андрея Ермака, туристического транспорта для людей с инвалидностью катастрофически не хватает, а специализированные машины практически не производятся.
Депутат Госдумы Наталья Каптелинина подчеркнула, что в последние месяцы вопрос специализированных экскурсионных автобусов с подъемниками активно обсуждается на уровне правительства и Минпромторга.
«Надеюсь, к следующему году этот вопрос удастся довести до результата», – сказала она.
Проблема транспорта напрямую влияет и на стоимость поездок. Как пояснила исполнительный директор группы компаний «Тари Тур» Оксана Лебедева, инклюзивное путешествие сегодня обходится примерно на 30% дороже обычного.
«Первый шаг к снижению себестоимости – увеличение числа участников группы. Но для этого нужен транспорт, который способен обслуживать большее количество гостей с инвалидностью», – отметила она.
Сложности есть и в водном туризме. По словам Андрея Ермака, во многих регионах люди с инвалидностью до сих пор не могут попасть на экскурсионные теплоходы.
Исторические памятники часто остаются недоступны
Отдельная тема дискуссии – объекты культурного наследия. По словам Андрея Ермака, многие исторические здания невозможно полноценно адаптировать из-за действующих ограничений.
Министр считает, что федеральное законодательство должно позволять более гибко модернизировать такие объекты. «Не пострадает объект культурного наследия, если сделать стеклянный лифт или дополнительный вход для человека на коляске», – убежден он.
Исполнительный директор АТОР Майя Ломидзе напомнила, что многие страны уже нашли компромисс между сохранением наследия и доступностью. «Античный Рим доступен. Ватикан тоже доступен. Значит, такие решения существуют», – отметила она.
Читайте также:
Путешествие без барьеров – инклюзивный маршрут «Санкт-Петербург. Новая география»
Санкт-Петербург без границ: национальные туристские маршруты доступны для каждого
Крым обошел Переславль и Петербург в первой инклюзивной номинации премии «Маршрут построен»
Недоступная информация – такой же барьер, как лестница
Еще одна проблема, о которой говорят представители отрасли, – дефицит достоверной информации. Если обычный турист может импровизировать на месте, то для человека с инвалидностью поездка должна быть максимально предсказуемой.
«У него должен быть абсолютно прогнозируемый сценарий отдыха», – подчеркнул Андрей Ермак.
Но именно с информацией ситуация выглядит тревожно. Советник исполнительного директора АТОР по инклюзивному туризму Елена Попова рассказала, что проанализировала более 230 сайтов туристско-информационных центров в 79 регионах страны. Выяснилось, что данные для туристов с инвалидностью содержатся лишь на 45 ресурсах. Возможность комфортного просмотра для слабовидящих пользователей есть только на 61 сайте.
То есть большинство региональных туристических порталов до сих пор не дают путешественникам ответов на базовые вопросы о доступности маршрутов, объектов и услуг.
Проблему нехватки достоверных данных подтвердили и представители цифровых сервисов. Руководитель корпоративных отношений “Авиасейлс” Татьяна Евлампиева рассказала, что компания уже третий год работает над инструментами, которые помогают самостоятельным путешественникам планировать поездки с учетом доступности объектов. Однако главным препятствием остается отсутствие единой и актуальной базы данных.
«Когда мы начинали эту работу, была гипотеза, что необходимые данные можно будет получить в одном месте — например, через федеральные ведомства. Но оказалось, что такой системы нет», – пояснила она.
По словам Татьяны Евлампиевой, сейчас “Авиасейлс” выстраивает прямое взаимодействие с регионами. Так, в Ярославской области данные об объектах проверяют региональные специалисты, после чего информация загружается в приложение сервиса. «Такое взаимодействие мы предлагаем разным регионам», – отметила она.
На эту проблему уже реагирует бизнес. К примеру, в гостиничной сети Cosmos Hotel Group делают ставку не только на физическую, но и на информационную доступность. Компания адаптирует сайт для незрячих и слабовидящих пользователей и переходит к детальному описанию инфраструктуры.
Как рассказал директор департамента по работе с органами власти компании Антон Тимкин, гостям будет доступна информация о ширине входных групп, высоте стоек регистрации, особенностях навигации и других параметрах, которые позволяют заранее понять, подходит ли объект конкретному человеку.
Даже когда деньги есть, предприниматели не спешат их брать
Серьезной проблемой остается и недостаточная вовлеченность бизнеса. Председатель Госкомитета Татарстана по туризму Сергей Иванов рассказал, что в рамках нацпроекта «Туризм и индустрия гостеприимства» предусмотрены субсидии на создание условий для людей с инвалидностью. Однако за период 2024-2026 годов такую поддержку получили всего шесть проектов республики.
«Это очень мало. Предприниматели пока не видят смысла тратить даже треть собственных расходов на создание таких условий», – заметил он.
При этом практика показывает, что даже добросовестные попытки адаптации объектов нередко оказываются формальными. По словам г-на Иванова, в Татарстане в приемные комиссии начали приглашать потенциальных гостей – людей на колясках. Проверки показали, что предприниматели стараются, но часто допускают критические ошибки – неправильные разворотные зоны, пороги, неудобное размещение оборудования.
Тот же подход республика применила и к национальному туристическому маршруту «Великий Волжский путь». После проверки выяснилось, что маршрут не соответствует требованиям доступности.
«Мы получили очень подробный перечень замечаний и сейчас работаем с каждым объектом, чтобы убрать эти барьеры», – рассказал Сергей Иванов.
От рекомендаций к обязанностям
В ближайшие годы отрасль ждет важное изменение правил игры. По словам Натальи Каптелининой, обновленное законодательство впервые подробно прописывает требования к доступности туристической инфраструктуры.
Теперь речь идет не о рекомендациях, а о конкретных обязательствах: беспрепятственном доступе на объекты, сопровождении гостей с нарушениями зрения и опорно-двигательного аппарата, возможности посещения объектов с собакой-проводником и других элементах доступной среды. Причем требования распространяются как на государственные, так и на частные объекты размещения.
«С 1 сентября 2026 года доступная среда становится не рекомендацией, а юридически закрепленной обязанностью», – подчеркнула г-жа Каптелинина.
Однако участники дискуссии сошлись во мнении, что одних нормативных требований будет недостаточно.
Сегодня отрасли по-прежнему не хватает транспорта, подготовленных экскурсоводов, адаптированной информации и, главное, понимания самого рынка. Как отметила Оксана Лебедева, до сих пор никто не может точно ответить, сколько людей с инвалидностью путешествуют по России, какими маршрутами они пользуются и какой платежеспособный спрос существует в разных категориях туристов.
Пока эти вопросы остаются без ответа, потенциал рынка, который сами участники форума называют огромным, продолжает оставаться реализованным лишь частично.
Марина Первухина
Фото: Марина Первухина, для АТОР
Источник: atorus.ru